Специфика установления требований кредиторов в процедуре банкротства//Насколько обоснованны отклонения судов от традиционных подходов в деле о банкротстве

Специфика установления требований кредиторов в процедуре банкротства//насколько обоснованны отклонения судов от традиционных подходов в деле о банкротстве

Хорошо известны  варианты недобросовестного использования Должником процедуры банкротства. В основном они связаны с попытками  легальным способом освободиться от долгов перед Кредиторами, в связи с  невозможностью удовлетворения таких требований в конкурсном производстве.

Однако те, кто смотрит несколько глубже (специалисты в области контролируемых банкротств) – знают, что «борьбу с кредиторами» нужно начинать раньше – уже на стадии рассмотрения их требований о включении в реестр. Именно здесь можно отсечь особенно рьяных, готовых идти до конца, обжалуя сделки Должника или пытаясь привлечь к субсидиарной ответственности контролирующих лиц.

В помощь Должнику на этой стадии — процессуальные особенности порядка рассмотрения требований кредиторов,  предусмотренные  законом и наработанные практикой его применения.  

Часть из них вполне понятна и приемлема. Например, состав лиц участвующих в деле (при рассмотрении требований кредиторов). Здесь к «Должнику» и «Кредитору»  прибавляются арбитражный управляющий и прочие кредиторы, как уже включенные в реестр, так и те, требования которых ещё не рассмотрены.

Ещё есть разумные норма о том, что отсутствие возражений должника не исключает необходимости рассмотрения обоснованности заявленных кредитором требований (с исследованием соответствующих доказательств) и не влечет применения положений части 3.1. ст. 70 АПК РФ, в соответствии с которой  обстоятельства, заявленные стороной, считаются признанными другой стороной, если они ей прямо не оспорены или несогласие не вытекает из представленных ею доказательств.

Эти вещи можно понять – требование Кредитора в процедуре банкротства перестает быть «двухсторонним спором» Должника и этого Кредитора, поскольку включение таких требований в реестр объективно  уменьшает объем прав прочих кредиторов («квази-корпоративных» прав — участие в собрании кредиторов, обжалование сделок и т.д. и собственно имущественных, связанных с возможностью удовлетворения денежных требований).

Предлагаем ознакомиться  Что делать, если машину поцарапали - читайте в разделе Учебник в Журнале Авто.ру

Помимо указанных выше и в принципе понятных подходов,  корректирующих общий процессуальный порядок рассмотрения спора между Должником и Кредитором в процедуре банкротства, судами выработаны правовые позиции, принять которые очень сложно, хотя логика и мотивация их очевидна — они направлены на исключения злоупотреблений  в процедуре банкротства.

Одна из таких позиций отражена в Постановлении Пленума  ВАС РФ №35 от 22.06.2021 года,  где (п.26) сказано, что  при рассмотрении требования кредитора следует учитывать, в том числе то «отражался ли факт получения Должником денежных средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности». То есть здесь ВАС РФ связывает возможность признания требования Кредитора с отражением соответствующего долга в учете Должника и совершения им предусмотренных законом действий (в данном случае – соблюдения правил учета). История, надо сказать, давняя. Помню «славные» 90-е, когда Ответчики (временами вполне себе успешно) таким образом  «возражали» на заявленные к ним требования. Многие судьи (часть из которых до сих пор служит отчизне в арбитражных судах московского региона) на этом основании отказывали Истцам –  операция-де, не подтверждена учетными документами Ответчика, а значит и не совершалась вовсе. Эти детские болезни, были быстро изжиты арбитражной практикой. Сейчас Ответчик, возражая против долга, не сможет успешно полагаться на отсутствие отражения такого долга в собственном учете.  Истец же,  истребуя долг в отсутствии «первички», едва ли сможет рассчитывать на удовлетворение требования, основываясь только на сведениях внутреннего учета.

Но концепция меняется, когда требования рассматриваются в деле о банкротстве и не только по отношению к займам.  Вопрос оценки отражения долга в учете (для признания его реальности) активно исследуется при установлении вексельных долгов (например, дело №А40-90521/12).

Предлагаем ознакомиться  Что такое трансмиссия автомобиля? конструкция, технические характеристики и 5 её основных видов

Ещё один пример особенного подхода к рассмотрению требований кредитора в процедуре банкротства, продемонстрировали суды в деле №А40-159643/13. История банальная – к Должнику заявлены требования по векселям, дефекта формы или отсутствия полномочий лиц, подписавших вексель, установлено не было. Против включения вексельных требований в реестр  выступал арбитражный управляющий и суды с ним согласились.

Наверное, не нужно напоминать, что вексельное требование носит абстрактный характер, в этой связи отказаться от оплаты векселя со ссылкой на отсутствие оснований для его выдачи векселедатель не может. Положение о простом и переводном векселе предусматривает исключение из этого правила  для случаев, когда векселедержатель, приобретая вексель, действовал сознательно в ущерб должнику, то есть знал об отсутствии оснований выдачи (передачи) векселя. Такое правило, отражая безусловную природу вексельного обязательства,  всегда эффективно исключало возражения векселедателя, связанные с дефектным основанием выдачи векселя. Однако в упомянутом выше деле (Постановление 9ААС №09АП-36222/2021) арбитры отметили, что специфика производства по делу о банкротстве требует от судов более тщательного изучения оснований, порядка и условий возникновения обязательства Должника перед Кредитором, включая вексельные обязательства. Таким образом, арбитражный суд в этом деле посчитал возможным  отказаться  от ключевого элемента вексельного обязательства – его абстрактности, по сути признав, что отсутствие основания для выдачи векселя, вне зависимости от того знал ли об этом векселедержатель, лишает его права истребовать такую задолженность в процедуре банкротства.

Это не единственные примеры, когда суды при рассмотрении требований кредитора в деле о банкротстве не ограничиваются исследованием первичных документов (подтверждающих наличие долга и не имеющих очевидных дефектов), а расширяют предмет исследования, включая в него обстоятельства связанные с «действительностью» хозяйственной операции, её возмездностью, отражению в учете и т.д.  

Предлагаем ознакомиться  Как выписать ребенка из квартиры: порядок, суд, помощь адвоката

Не сегодняшний день общей «идейной базой» для такого подхода являются уже упомянутые выше положения пункта 26 Постановления Пленума ВАС РФ №35 от 22.06.2021 года «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве». В абзаце третьем этого пункта применительно к ситуации, когда к Должнику заявлены требования, основанные на получении им займа наличными денежными средствами, сказано, что суду, среди прочего надо учитывать следующие обстоятельства — позволяло ли финансовое положение кредитора предоставить соответствующий заем, имеются ли сведения о том, как истрачены полученные средства, отражалось ли получение этих средств в учете и отчетности Должника. Все перечисленные вещи относятся к заемным операциям, но на практике этот пункт истолковывается  судами шире – как необходимость исследования возможности совершения самой операции.    

                Скажу честно — я совсем не против выявления фиктивных требований кредиторов, заявленных в процедурах банкротства путем оценки «реальности» долга, возможности осуществления соответствующих операций, данных учета и отчетности. Более того, например, в приведенных выше спорах это было сделано вполне обоснованно, поскольку в материалах имелись многочисленные доказательства фиктивности долга. Но  в повседневной жизни этот тренд, к сожалению,  всё чаще используется недобросовестно (в основном управляющими) для целей затягивания процедуры банкротства или исключения обоснованных требований.  

Как и во всем  здесь должен быть выработан какой-то баланс. Но это вопрос не правового регулирования, а   грамотного правоприменения и оценки доказательств.